Ушедшая в историю социалистическая сверхдержава оставила нам в наследие большое количество проблем, не решенных по сей день, в том числе экологических. Лет 50-70 назад мало кто из партийных руководителей задумывался о защите окружающей среды и потому последствия некоторых их недальновидных решений испытываем на себе мы, живущие в новой эпохе.

В число опасных объектов с отсроченным на десятилетия негативным влиянием можно отнести котлованы-нефтеотстойники, расположенные в районе пограничной полосы 64-й мили Дуная (буквально в 10-15 метрах от русла реки) при подъезде к городу Рени, о которых и пойдет речь.

У местных жителей это зловещее место получило весьма поэтическое название – Лебединое озеро. Всего здесь три котлована – один огромный и два поменьше. В этих неприспособленных емкостях уже полвека хранятся остатки нефтепродуктов, количественные и качественные характеристики которых неизвестны. По некоторым оценкам, объем содержимого земляных ям может достигать восьми тысяч кубометров.

Нефтеотстойники на берегу Дуная вырыли в начале 1960-х годов: с 1961 по 1966 год из ренийского порта нефть активно транспортировалась в Югославию. В емкостях для перевозки оставались тяжелые фракции, их и сливали в котлованы. После заполнения их оставили без всякого внимания.

Своими воспоминаниями о тех событиях с нами поделился начальник Ренийского отделения комплексного использования водных ресурсов ДБУВР Андрей Песку, работающий на данном участке с 1975 года. По словам специалиста, когда он поступил на работу, котлованы с нефтепродуктами уже были. Долгое время они стояли открытыми, в них попадали и гибли животные. А однажды сюда спустилась стая лебедей, принявших темную гладь нефтяной массы за землю. Все птицы погибли, а котлован с тех пор прозвали Лебединым озером.

В начале 1980-х годов на самом крупном «озере» (предположительные его размеры — 100 х 35 х 5 м) случился пожар. Нефтепродукты горели больше недели, стояла копоть, рядом с этим местом невозможно было дышать. Потушить огонь удалось только с помощью песка – его подвозили на баржах по Дунаю. Так самый крупный котлован оказался засыпанным, и его точные границы сейчас определить невозможно. Два других нефтеотстойника образовались можно сказать стихийно – в них переливалось содержимое из большого котлована. Они до сих пор заполнены остатками нефтепродуктов, которые, высыхая по краю, превращаются в битум.

Кстати, «нефтяные» залежи не ускользнули от внимания предприимчивых дельцов: несколько лет назад на «озерах» установили оборудование для вытапливания и выкачки битума. Говорят, то были дорожники, которые использовали добытое для грунтовки на трассах. Однако незаконный процесс «нефтедобычи» неожиданно прекратили, и теперь посреди котлована сиротливо стоят оставленные печки.

Мы побывали на Лебедином озере в январе, поверхность его сейчас достаточно застыла, по ней можно даже ходить. А выкопанный кусок «глади» отлично горел. Местные утверждают, что летом в жару «озеро» тает, и содержимое его становится жидким, а вокруг разносится удушающий запах. Впрочем, нефтяной аромат ощущается здесь и в холодную пору.

Главная проблема состоит в том, что нефтеотстойники находятся в непосредственной близости от Дуная. Они одамбованы, но если уровень реки поднимется выше критического, нефть может смыть водой. Это что касается открытых котлованов. А самый большой, ныне засыпанный песком, нефтеотстойник находится к воде ближе всего. Учитывая, что в этом месте участок Дуная очень узкий, берег постоянно подмывает. Через несколько лет вода подберется и к нефтепродуктам. Тогда беды не избежать.

Специалисты, знакомые с данной проблемой, считают, что площадь загрязнения составляет около 3500 кв. м, а объем загрязнения оценивается в 16, 5 тыс кубометров грунта. Предполагаемый объем нефтепродуктов (около 8 тыс. кубометров) при попадании в реку и море способен загрязнить до 80 тыс. кв. км поверхности воды (20% поверхности Черного моря). Этот факт говорит о реальной экологической угрозе для всего бассейна Черного моря, которая касается всех стран, имеющих береговую линию на Черном море.

О том, что прибрежная полоса возле места захоронения нефтепродуктов действительно ощутимо сократилась, можно судить по расположению бетонных плит: когда-то они находились на земле, а сейчас почти наполовину ушли в воду.

Об этой проблеме власти Ренийского района заговорили недавно. В 2016-м о ней проинформировали первого вице-губернатора Владимира Жмака. В минувшем году к теме подключался и.о. директора КП «Бюро регионального развития Одесской области» Юрий Махненко. Велась активная переписка, в ходе которой и выяснились изложенные выше обстоятельства. В мае было проведено совещание с участием специалистов ведущих научно-исследовательских институтов и вузов Одессы, руководителей профильных структурных подразделений ОГА. На этой встрече было определено, что прежде чем практически ликвидировать опасное «нефтяное наследие» советской эпохи, необходимо произвести изыскательские работы и установить границы засыпанного котлована, а также состав его содержимого. Затем необходимо подготовить проект по извлечению отходов и рекультивации территории.

К большому сожалению, дальше слов дело не двинулось. А угроза международного масштаба по-прежнему остается реальной. И чем больше проходит времени, тем выше риски. Может, не стоит доводить ситуацию до критической точки? «Запятнанная слава» вряд ли добавит очков стране, ревностно стремящейся в европейское сообщество…

По материалам «Думская»

http://dumskaya.net/news/lebedinoe-ozero-na-beregu-dunaya-kak-gorkoe-eho-081475/

От редакции. Конечно, приятно, когда сайт представителей областной власти пишет об экологических проблемах Ренийского района. Даже сделали сюжет на 7-м телеканале, где вовсю рулит глава Одесской ОГА Максим Степанов

 

 

Но писать и снимать можно долго, а кто позаботится о том, что было реально выделено финансирование на решение данных проблем?

Избранный по нашему округу народный депутат Александр Урбанский на такие глобальные вопросы не обращает внимание – он предпочитает решать какие-нибудь мелкие проблемы, на которых легко пропиариться для избирателей. В принципе, и его брат – Анатолий Урбанский ничем не лучше. Неужели глава облсовета не может помочь округу брата?